Книга Волшебник Подземного города - Дэвид Фарланд
![](/uploads/posts/books/30676/30676.jpg)
![](/uploads/18plus.png)
- Жанр: Книги / Детская проза
- Автор: Дэвид Фарланд
(18+) Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних просмотр данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕН! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту для удаления материала.
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Не позволяй мелочам докучать тебе. Просто подожди немножко, и жизнь непременно подкинет реальные проблемы.
Бушмейстер
— Помогите! — кричал мыш, во все лопатки мчавшийся по тропинке. Задыхаясь, он поднырнул под кустик сухого чертополоха:
— Блохи! За мной гонятся блохи!
От страха в животике у Янтарки словно узел завязался. Новоприбывший проскочил в узкое ущельице между двумя камнями и остановился, тяжело дыша: на хвосте у него налипли какие-то колючки, а язык свисал изо рта чуть ли не на плечо. Звали его Терн. Это был самый тупой мыш, какого Янтарка встречала на своем веку, настоящий позор всего вида.
— Блохи? — недоверчиво воскликнула Янтарка.
Блох она никогда раньше не видела, но слыхала о них жуткие легенды. Блохи были кровожадными чудовищами, одаренными сверхъестественными силами. Зубы у них были тверже алмазов, а шкура — прочнее гранита. Они умели прыгать в высоту раз в триста больше собственного роста и проходить сквозь стены — и все это ради того, чтобы добраться до бедных, беззащитных мышей. Говорят, что блоха сосет из мыши кровь, пока та не высохнет, как пыль на дороге, а потом… а потом… она вынет у нее глаза и станет жонглировать ими.
Иногда стаи нападающих блох столь огромны, что, подобно черным тучам, затмевают небо.
Сидя за ужином, старые мыши рассказывали малышне сказки, и Янтарка часто засыпала, дрожа от усов до хвоста, боясь, что к утру от нее останется только жалкий, высохший, как осенний листок, трупик.
Сейчас они с Беном были на заднем дворе Бенова дома, где ее друг преподавал молодым мышам высокое искусство дайвинга в мусорном контейнере. У всех участников были «кошки» из рыболовных крючков; сейчас они пытались снизу забросить их за край контейнера, чтобы можно было вскарабкаться наверх.
Заслышав истошные вопли: «Блохи! Блохи!!», все удивленно повернулись к Янтарке. Она, между прочим, была волшебницей, а Бен — ее фамильяром, источником ее магической силы. Вместе они были двумя половинками могущественного чародея, в то время как порознь… ну, просто грызунами.
Но, увы, сейчас Янтарке было не до магии. Всю свою волшебную силу она истратила на битву с колдуном, злокозненным нетопырем по имени Ночекрыл. О том, что силы у нее и вправду нет, Янтарка могла судить по любопытному ощущению в хвосте, которое заметила только вчера: хвост был каким-то необычно тяжелым и онемелым, словно она таскала за собой игрушечную резиновую морковку.
— Подождите-ка! — сурово сказала она оцепеневшим на крышке бака мышам. — Погодите. Нельзя быть уверенным, что ему действительно встретилась блоха, пока мы не увидим ее своими глазами.
Она устремила испытующий взор туда, откуда примчался Терн: низкий утренний туман стелился над тропинкой, видимость не превышала пары-тройки метров.
Терн тем временем перепрыгнул через большой камень и за ним едва не приземлился на громадную розовую личинку ночного жука, которая скромно ползла по своим делам, оставляя за собой след блестящей слизи. Чудом извернувшись в воздухе, он все-таки шлепнулся на землю и, вращая глазами, возопил: «Змеи!!!»
Преодолев остаток дистанции, он рухнул Янтарке в ноги, дрожа, как смородиновое желе.
— Блохи! — простонал он. — Они напали на нору! Целых ТРИ!!
От него жутко несло. Янтарка задрала носик и постаралась не дышать.
— Ты точно уверен, что это были не мухи? — строго спросила она. — Некоторые мухи, знаешь ли, тоже кусаются.
— Не вижу я никаких блох, — сказал Бен, вглядываясь в путаницу тумана и чертополоха. На его мордочке не было ни малейших признаков страха. Он стоял, вперив взор в туман, словно высеченный резцом скульптора, специализирующегося на изваяниях героев, и сжимал в лапе копье из швейной иголки. Бенджамин Чаровран всего неделю назад еще был человеком, теперь же перед Янтаркой стоял прекраснейший мыш на свете, такой неотразимый, что у нее подгибались колени. А еще он был самым храбрым и самым-самым мудрым на свете.
— Блохи идут! — снова заскулил Терн. — Они убивают все на своем пути, смерть косит целые норы!
Бен пробежал несколько шагов по тропинке. У него был глянцевитый мех, темно-бурый по хребту и рыжеватый на боках, и большие лапы настоящей тихоокеанской мыши-прыгуна. На голове Бен носил шлем из ореховой скорлупки, искусно вырезанный таким образом, что походил на череп какого-то жуткого чудовища.
Бен понюхал туман. Все было тихо… немного неестественно тихо. Янтарка и сама перестала дышать, силясь хоть что-нибудь расслышать; сердце ее оглушительно бухало в груди.
Но услышать ей удалось лишь тихий шорох сухой листвы на ветру, а увидеть — лишь поднимающиеся ввысь и исчезающие в тумане стебли чертополоха над молоденькой новой травкой.
И вдруг из тумана донесся голос, скрипучий и холодный, бессердечный и радостный сразу. И голос в тумане прокричал:
— Мы здееееесссссь!
Колени у Янтарки застучали друг о друга, и тут она увидела блоху — черную, как смертный грех. Она скакала на них из дымки, и лучи утреннего солнца сверкали на ее черной спине. Она прыгала невероятно высоко — перелетая через камни, взмывая к вершинам чертополоха, и уж конечно куда выше мышиной головы.
Янтарка видела кровь у нее на зубах, запекшуюся кровь ее последней несчастной жертвы.
— Бегите! — закричала Янтарка, потому что это было все, о чем она могла сейчас думать.
Кренясь на виражах, она ринулась за мусорный бак. Остальные, топоча, словно приличных размеров стадо, кинулись за нею, стараясь не отставать.
Блоха разразилась жестоким смехом и, рыча, словно лев на охоте, бросилась в погоню.
— Бегите, бегите, но вам не уйти! — завывала она.
Через дырку в заборе Янтарка протиснулась во двор старой миссис Пумперникель.
— Я заберу твою кровь! — проревела блоха, снова разражаясь чудовищным хохотом.
Слева раздалось шипение. Поливочная установка миссис Пумперникель и сегодня включилась в то же самое время, что вчера. Справа была калитка, ведущая в палисадник перед парадным входом, а впереди обзор закрывал дом.
— Налево! — прокричал, проносясь мимо, Бен. — Блохи ненавидят воду!
Янтарка содрогнулась. Вчера эта поливалка включилась ровно в тот момент, когда Янтарка проходила под ней, и ее до сих пор знобило при одной мысли. Тем не менее она заложила левый поворот, преследуемая по пятам небольшой ордой хорошо вооруженных мышей, и буквально рухнула на клумбу анютиных глазок под разбрызгивателем. Громадные белые цветы раскинулись над головой; их пурпурные сердцевинки были похожи на мордочки каких-то странных зверьков.