Книга Ищейки - Василий Ершов
![](/uploads/posts/books/128442/128442.jpg)
![](/uploads/18plus.png)
- Жанр: Книги / Научная фантастика
- Автор: Василий Ершов
(18+) Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних просмотр данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕН! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту для удаления материала.
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
* * *
Хочу сказать «ааагромное спасибо!» всем, кто меня поддерживал и, так или иначе, помогал с этим первым, чертовски трудным шагом.
Маме, Папе, сестрёнке Кей, любимой девушке Джини – спасибо за то, что не сомневались в авторе даже тогда, когда сомневался он сам.
Ивану Липину и Ольге Шишкиной – спасибо за то, что разглядели потенциал в самых ранних черновиках.
Игорю Овчинникову – спасибо за то, что на финальном отрезке шёл рядом, подсказывал направление и не давал упасть.
Марине Кулаковой – спасибо за то, что история увидела свет сейчас, а не застряла на долгие годы в ящике стола.
Лесным духам Ётсу и молодым писателям-«болдинцам» – спасибо, что вернули автору веру в волшебство.
Без вас всех этой книги не было бы.
Было далеко за полночь, когда Бертран Хоуп покинул мастерскую-лабораторию, оборудованную в подвале его недавно выстроенного дома. Заперев на ключ крепкую стальную дверь, Хоуп со свечой в руке поднялся по крутой лестнице на первый этаж. Здесь, в дальнем конце коридора, им была заперта ещё одна дверь, ограждавшая подвал от набегов любопытной детворы. Зевая и потирая тяжелеющие веки, мужчина проследовал в туалетную комнату, где справил малую нужду и умылся. «Роскошно выглядишь, Берт, – сообщило отражение в зеркале. – Завязывай работать по ночам». Согласно кивнув, Бертран покинул уборную, взошёл на второй этаж и на цыпочках прокрался в детскую, где поцеловал сына и дочку. Мальчик не шелохнулся, его сестрёнка улыбнулась сквозь сон. Удовлетворившись мирным видом спящих, глава семьи добрался наконец до своей комнаты; там он сбросил рабочую одежду, влез в пижаму, задул свечу и осторожно, дабы не разбудить супругу, забрался под одеяло. «Доброй ночи, Мег», – шепнул Бертран и уже через минуту крепко спал.
Его разбудила боль. Черепная коробка уподобилась печи, в которой усердно раздували угли. Внутренности скрутило узлом, тошнота подступила к горлу, тело колотил озноб. Стиснув зубы и сдержав стон, Бертран попытался встать и чуть не свалился с кровати. Руки тряслись, зажечь спичку удалось только с четвёртой попытки. «Что со мной? Неужели отравился в лаборатории? Нет, вздор! Ничего особенного я сегодня не делал». Хозяин дома добрался до комода и начал шарить по ящикам в поисках коробки с медикаментами.
– Что-то случилось, дорогой? – прозвучал заспанный голос жены. – Простыня на твоей стороне мокрая.
– Н-ничего, М-мег, – отозвался Хоуп, стуча зубами. – Просто м-мутит н-н-немного. Н-наверное, п-простудился.
Позывы к тошноте усилились, и мужчина понял, что найти лекарство не успеет. Изо всех сил стискивая потными пальцами рукоять подсвечника, Хоуп побрёл прочь. «Только бы дотянуть до туалета. Не хватало ещё, чтоб меня вывернуло прямо на пол!» Он шёл на ватных ногах, шатаясь и прислоняясь то к одной стене, то к другой. Спуск по лестнице дался с невероятным трудом, спасали только перила. Наконец цель была достигнута: Хоуп ввалился в уборную, бросил подсвечник на тумбочку у зеркала и рухнул на колени. В глазах потемнело, стало трудно дышать. Вполовину ослепший, задыхающийся Хоуп стал хвататься за всё подряд: оборвал полотенце с крючка, своротил табурет с тазиком для мытья ног. Тазик запрыгал по полу, звеня боками. А с мужчиной происходило что-то странное. Это не было похоже на симптомы известных Бертрану вирусных заболеваний: тошнота внезапно отступила, комок в горле как будто всасывался в стенки пищевода, отчего и перехватило дыхание; жар в голове поглощался костями черепа, превращаясь в покалывание; мозг точно сделался полостью, пустым местом; глаза, по ощущениям, выворачивались наизнанку; от желудка, всё ещё терзаемого спазмом, по всему телу вдруг стало разливаться благостное тепло. Хоуп поднял руку: простое движение далось одновременно и трудно, и легко – словно конечность вместо мышц пронизывали канаты, натянутые и уходящие в необозримые дали. «Безумие! Я что, умираю?!» Нет, это не было похоже на агонию. Адская боль сменялась мощнейшей эйфорией – неуправляемой и оттого пугающей. Человек переставал принадлежать себе, наполнялся чем-то могущественным. Становился силой. Она буквально распирала его изнутри.
– Ты здесь, Берт? Я принесла аспирин и воду. Скажи, если нужно что-то другое. Я не зна…
Миссис Хоуп, вошедшая в уборную, смолкла на полуслове. Бертран сумел разглядеть в её руках свечу и стакан с водой.
– Берт!
Женщина бросилась к мужу, скорчившемуся на полу, но тот остановил её коротким судорожным жестом. Хозяин дома уже чувствовал приближение чего-то неотвратимого.
– Не подходи!
– Что… Что происходит, Берт? – в её голосе слышалась тревога. – Что мне делать?
В этот момент стакан, который держала Мег, лопнул, забрызгав женщину водой и осыпав осколками. Миссис Хоуп взвизгнула от испуга и едва не выронила свою свечу. Через пару секунд громко треснуло зеркало над раковиной. От стены оторвалась полка с туалетными принадлежностями. Она грохнулась на пол и наделала шума, напугав хозяйку ещё больше. Но что самое страшное – пол под ногами начал мелко дрожать, а по стенам с жутким сухим хрустом поползли трещины.
– Что это, Берт?! Мне страшно! – в глазах супруги блеснули слёзы.
– Я не знаю, Мег, – прошептал Хоуп, сдавив ладонями виски. Ему показалось, что тремор, охвативший его конечности, голову и тело, вошёл в резонанс с конструкциями дома и породил губительные вибрации. Зеркало треснуло ещё раз; большой кусок отражающего стекла вывалился из рамы и разлетелся серебряным фейерверком, ударившись о раковину. Продолжали сыпаться вещи с полок и крючьев. Детская скамейка-приступочка, стоявшая в углу, сломалась пополам. Подсвечник опасно приблизился к краю своего ненадёжного постамента. Число разрушений увеличивалось каскадом. Мег заслонила лицо руками, заплакала.
– Господи… Берт! Что это такое?!
– Уходи… Мег. Хватай детей… и уходи.
– Что?
Хоуп взглянул на жену с тоской, повторил умоляюще:
– Уходи. Беги отсюда. Спасай себя и детей.
– Нет… Нет, Берт! Я не брошу тебя!
Мег подалась было вперёд, чтобы помочь мужу подняться. Но тот наотмашь ударил кулаком в пол (осколки зеркала впились в кожу) и заорал:
– Беги! Хватай детей и беги! Ну же!
«Только бы не успела рухнуть лестница!»
Женщина сдавленно всхлипнула, но подчинилась. Бросив на мужа взгляд, полный боли, она исчезла из дверного проёма, который уже начал перекашиваться. Бертран остался сидеть среди обломков и осколков, переполненный неизведанным, необъяснимым чувством. Пол уже ходил ходуном, с потолка сыпались щепки и пыль, волны разрушения распространялись по дому. А мистер Хоуп со странной безучастностью прикидывал, сколько секунд осталось до того, как ужасная сила доберётся до подвала. До мастерской-лаборатории, где хранилось шесть бутылок нитроглицерина…