Книга Седьмая - для тайны - Виктория Холт
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Ты! — сказала я.
— Родился Криспин, — продолжал он. — Ты должна услышать всю историю с самого начала. Родители, как тебе известно, не очень интересовались ребенком. Они, как и все, были рады, что у них появился сын, который будет носить их имя и унаследует состояние. Но гораздо больше их интересовала светская жизнь. Они редко появлялись в поместье.
Будь они преданными родителями, все обнаружилось бы с самого начала.
В один прекрасный день вернулась Люси. Она попала в большую неприятность: ждала ребенка и была вынуждена оставить свою работу, прожив за несколько недель в Лондоне все накопленные деньги. Она вернулась домой. Можно только представить себе, в какой ужас от этого известия пришли обитатели коттеджа: отец умер, мать и Флора работали в поместье, и Флора готовилась стать няней ребенка, который должен был родиться!
Криспин опять замолчал, и я поняла, что ему тяжело говорить. Собравшись с силами, он продолжал рассказ.
— Люси была сильной молодой женщиной, доброй, но доверчивой, каких много на этом свете. Ей много наобещали, соблазнили, а потом бросили. Положение весьма банальное, но от этого не менее ужасное для молодой девушки. Таких девушек общество подвергает остракизму, а когда они остаются без средств к существованию, их положение просто безнадежно. Можешь себе представить страдание ее матери? Они годами жили в маленьком коттедже в узком кругу людей, независимые и уважаемые, а теперь дочь, которой они так гордились, потому что у нее была хорошая работа в знатном лондонском доме, возвращается домой, принеся в семью бесчестье, которое всем придется разделить!
— Так у нее был ребенок?
— Да. Но она не могла вечно держать это в секрете! Они думали, что же им делать, пока не придумали определенный план на будущее. Миссис Лейн одно время занималась акушерством, так что с родами все уладилось. Однако перед ними возникла серьезная проблема. Нельзя же вечно прятать ребенка! Им пришла мысль покинуть поместье и перебраться в Лондон, где Люси и Флора найдут работу, а мать будет ухаживать за ребенком. На том и порешили. Им было ясно, что оставаться в Харперз-Грине и стать предметом вселенского скандала совершенно недопустимо!
— Какой ужас!
— Но они колебались. Одно время миссис Лейн подумывала пойти к миссис Сент-Обин и попросить ее помощи. Она полагала, что Сент-Обины будут менее шокированы случившимся, чем некоторые обитатели Харперз-Грина. И тут произошло нечто необыкновенное!
Криспин замолчал, словно ему было трудно преодолеть последний барьер.
— Криспину тогда было несколько недель. Флора его нянчила. И тут вдруг нашелся выход из затруднительного положения… Он был в высшей степени ужасен, но для них он представлял решение проблемы. И помни, что к такому решению пришли отчаявшиеся люди!
Ты знаешь Флору и понимаешь, что она не совсем психически здорова. Думаю, она всегда была несколько придурковата, и было несколько легкомысленно с ее стороны взять на себя заботы о ребенке: но она всегда очень любила детей, и многие матери из деревни позволяли ей ухаживать за малышами. Разумеется, мы не знаем, какой она тогда была. Мы ее знаем уже бедной сумасшедшей женщиной, какой она стала.
В то время она приглянулась Джерри Уэстлейку, сыну одного из местных фермеров.
— Я помню его. Он не так давно приезжал сюда. Он, по-моему, уехал в Новую Зеландию.
— Да, вскоре после случившегося. В ту пору Джерри был энергичным молодым человеком, почти мальчиком. Он очень увлекался футболом и везде, где бы он ни появлялся, не расставался с мячом, отрабатывая различные удары и подачи. Этого я, конечно, не помню, но слышал от других. Он обычно выполнял в Сент-Обине какие-нибудь случайные работы и там увидел Флору. У них вошла в привычку своеобразная игра: он свистел ей, она выглядывала из окна, он бросал ей мяч, а она, поймав его, бросала обратно. Когда она спускалась вниз погулять с ребенком, он демонстрировал ей свои достижения и объяснял приемы игры.
То, что случилось, — сверхъестественно. Помни, что они оба были очень молоды, Флоре льстило внимание Джерри, и она с увлечением играла с ним в футбол. Она бросала мяч так, как он ее учил, в надежде заслужить его аплодисменты. Если представить себе этих двоих в сущности детей, то можно понять, как все произошло.
В тот роковой день Джерри как обычно свистнул Флоре. Вообрази его, стоящего здесь и смотрящего в окно. Оно было открыто, и Флора тотчас же выглянула с младенцем на руках. Она крикнула ему: «Я спускаюсь!» А потом вдруг опять крикнула, как всегда, когда бросала мяч: «Лови!» Должно быть, это показалось ей отличной шуткой, но Джерри удивленно посмотрел вверх, ведь он не бросал ей мяч! И тут Флора бросила ему ребенка!
От ужаса у меня перехватило дыхание.
— О нет, нет! — закричала я. Криспин продолжал свою исповедь.
— Джерри слишком поздно понял, что она сделала. Он постарался поймать ребенка, но не успел. Малыш упал на камни террасы.
— Господи! Как она могла сделать такое?
— Трудно себе представить. Ей хотелось позабавить Джерри. Она думала, что он с легкостью поймает младенца и все будет невинной игрой. Ей и в голову не могло прийти, что он может не поймать малыша!
Флора бросилась на террасу и подняла ребенка. Он был завернут в толстую шаль и, казалось, остался невредим. Я представляю, как радовалась этому Флора. Бедная! Она недолго радовалась. Джерри убежал к себе домой, как можно подальше от места происшествия, а Флора отнесла ребенка в детскую и никому не сказала о случившемся. Вообрази себе, каким ударом было для нее обнаружить, что у него сломаны ребра.
Ночью малыш умер.
Флора была ошеломлена. Она не знала, что делать, и, как всегда в минуты потрясений мы ищем опоры в ближних, так и она отправилась домой. Миссис Лейн и Люси пришли в ужас. Флора убила своего подопечного; у ее сестры — незаконный ребенок! Они никогда не думали, что на них обрушатся такие несчастья и не видели способа выбраться из этого безвыходного положения.
В отчаянии они искали выход, и вот он сам представился им. Большинство младенцев похожи друг на друга. Родители Криспина почти не интересовались малышом-Теперь ты понимаешь, что они придумали? Они похоронили Криспина…
— Под тутовым кустом?
— А ребенок Люси занял его место в Сент-0бине.
— Ты хочешь сказать, что ты и есть тот ребенок?
Он утвердительно кивнул.
— Когда ты узнал об этом?
— Когда мне исполнилось восемнадцать. Люси — моя мать — рассказала мне. До этого мне и в голову не приходило, что я-не Криспин Сент-Обин, а в том, что поместье принадлежит мне, я был совершенно уверен. Я его очень полюбил.
— Я знаю. Так это и есть тайна, которая никогда не должна быть раскрыта… А семь сорок-их повесили в детской, как напоминание Флоре, что она никогда не должна об этом говорить…
— Бедная Флора! После этого происшествия у нее повредился рассудок. Вскоре она стала такой, какой мы ее знаем. Люси всегда ухаживала за ней. Тебе известно, что Люси взяла на себя уход за мной и стала моей няней. Флора вернулась в коттедж. К этому времени она уже вела себя очень странно.