Книга Единственный - Меган Вернон
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Мелани, наконец, вышла из ванной, потрясающе пахнущая после душа с гелем с огуречной дыней, и ее волосы рассыпались по плечам распущенными локонами. Мне хотелось сорвать с нее свитер прямо здесь и впитать в себя каждый дюйм ее восхитительного тела. Но я не мог, у нас были планы, которые я ни за что не нарушу.
— Куда мы едем?
Я ухмыльнулся и встал.
— Да ладно, Рыжая, зачем мне тебе это говорить?
Она закатила глаза.
— Мы опять это делаем?
Я сделал несколько шагов к ней. Квартира была достаточно маленькой, поэтому добраться до нее не заняло много времени. Я обернул руки вокруг ее талии и потянул ее к себе. Я почувствовал, что становлюсь твердым от одного ее прикосновения. Было много других девушек, но не было ни одной, похожей на Мелани. Она всегда была такой сосредоточенной, и мне нравилось выводить ее из себя.
— Всегда, Рыжая. Всегда.
— Джон, если ты не отпустишь меня, мы никогда не сможем покинуть эту квартиру. — Она обвила руками мою шею, приподнявшись на цыпочки. — Если только это не план?
— Как бы мне ни хотелось провести здесь ночь, заставляя тебя кончать снова и снова, у меня на этот счет другие планы. — Я отступил назад и взял ее руки в свои. Как ни трудно было игнорировать мой член, я должен был это сделать. Я не испорчу планы. — А теперь пошли.
Я ехал по знакомому участку шоссе, по которому я уже проезжал больше года назад. В ту ночь я понял, как сильно люблю ее. Конечно, я знал, что было что-то в тот вечер, когда она пришла на «Виски в среду». Когда я впервые поцеловал ее, то понял, что мне нужны эти мягкие губы и большие зеленые глаза. Я подумал, что, может быть, я просто хотел прижать встревоженную девушку в костюме одного из героев истории про «Гарри Поттера». Потом ей позвонил врач, и я наблюдал, как рушится собранная девушка. Я увидел ее уязвимую сторону, и это было потрясающе. Но я был слишком глуп, чтобы понять, насколько она хороша. Только когда я взял ее кататься на коньках, то понял, как сильно я любил ее уязвимость и наблюдать за ней вне ее стихии, делало ее еще более сексуальной.
— Сюда? Опять? — Она уставилась на старый каток.
— А что, если когда-нибудь ты захочешь заняться фигурным катанием?
Она ухмыльнулась.
— Да, чтобы ты мог воспроизвести свою фантазию о том, что я ношу спандекс, пока ты носишь свою хоккейную форму.
— Хм. Это было бы неплохо, но лед может быть слишком холодным для этого. Мы могли бы попробовать в раздевалке, если ты готова.
Она сморщила нос в очаровательной манере, которая выдавала ямочки на щеках.
— Нет, спасибо.
— Тогда нам лучше протиснуть свои задницы внутрь, пока я не наклонил тебя прямо в машине.
— Ты можешь сказать что-нибудь несексуальное?
— Нет.
Я вышел из машины и обошел ее с другой стороны, открывая перед ней дверь. Я старался казаться спокойным, но внутри у меня все рушилось. Я боялся, что все развалится. Я не знал, стоило ли мне держать ее в машине дольше и заглохнуть. Может быть, по-быстрому, надо убедиться, что приехали не слишком рано. Но она уже вышла из машины и направилась к зданию. У меня даже не было времени схватить коньки. Я побежал за ней и остановил ее прежде, чем она добралась до двери.
Она вздохнула, когда я открыл перед ней входную дверь.
— После вас, Миледи.
— Ты в порядке?
— Ну, конечно же. — Я улыбнулся, но почувствовал, как под мышками у меня собирается пот. Боже, это должно сработать. Это должно быть правильно.
Она ахнула, как только мы вошли в дверь. Все было именно так, как я хотел. Свет был приглушен, и играла медленная песня. Никого не было видно, и единственным намеком на то, что кто-то был рядом, была тень из кабинки ди-джея, который также светил фонариком на лед.
— Что это такое? — прошептала она.
Я взял ее за руку и потащил вперед, пока мы не оказались на катке. Она остановилась, как только мы оказались на льду.
— На мне нет коньков, — сказала она, глядя на свои каблуки.
Я наклонился, а затем подхватил ее крошечное тельце на руки и повел по льду.
Она завизжала:
— Джон! Что ты делаешь?
Это было не так, как я планировал, но теперь пути назад нет. Я усадил ее на один из выступов и полез в карман, вытаскивая бархатную черную коробочку. Моника ходила со мной, чтобы выбрать идеальное кольцо. Это был бриллиант королевской огранки с крошечными бирюзовыми камушками по бокам. Цвет для ленты рака шейки матки. Я не мог быть счастливее, когда опустился на одно колено и открыл коробку. Ее глаза загорелись, когда она увидела сверкающее кольцо.
— Мелани Уайлдер. Я полюбил тебя с первого дня, как увидел в костюме Гермионы. Мы прошли через ад и обратно, и я бы сделал это снова. Я хочу провести с тобой всю оставшуюся жизнь, поэтому, пожалуйста, скажи мне, что ты выйдешь за меня замуж.
Я видел, как слезы наполнили ее глаза. Собранная девушка терпеть не могла плакать на людях, и видеть, как она распадается, всегда было лучшим зрелищем. Она тут же спрыгнула и оказалась в моих объятиях.
— Да! Да, Джон! Да, я согласна!
Я надел кольцо ей на палец, глядя, как оно светится на фоне огней катка. Она целовала меня снова и снова, а я держал ее так, словно если отпущу, она уйдет.
— Ты для меня единственная, Мелани. Я принадлежу тебе.
Она вытерла счастливые слезы с глаз и посмотрела на меня с широкой улыбкой на лице.
— И я принадлежу тебе.
Мы оставались там, казалось, целую вечность, просто держась друг за друга. Я знал, что никогда не отпущу ее, пока жив. Она была единственной, с кем я хотел быть, и теперь мне никогда не придется быть без нее.