Книга Эпоха рыцарства в истории Англии - Артур Брайант
![](/uploads/posts/books/90170/90170.jpg)
![](/uploads/18plus.png)
- Жанр: Книги / Историческая проза
- Автор: Артур Брайант
(18+) Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних просмотр данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕН! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту для удаления материала.
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
«Он являлся писателем, который более чем кто-либо другой, кого бы я знал, применял свое историческое воображение и знание с целью критики наиболее острых по значимости современных тенденций, и объединял это с правдивым взглядом и творческой мощью. Его работы – это мост не только между прошлым и настоящим, но между государственным деятелем и художником. Только сила и стиль его книг легко могли бы поднять его над простыми смертными, но мысль, стоящая за ними, заставляет помнить о нем, как о самой Англии».
«Некоторые являются великими историками, некоторые – великими писателями, и лишь очень немногие, подобно Гиббону, успешно выступают в обоих качествах. И одним из них является сэр Артур».
Российская историческая наука всегда проявляла большой интерес к истории Англии. Такие имена, как В. В. Виноградов, Д. М. Петрушевский, А. Н. Косминский, вошли в мировую историческую науку. Можно говорить о том, что история Англии изучена достаточно хорошо: особенно период средневековья благодаря работам Е. В. Гутновой, А. Н. Косминского, М. А. Барга и многих других. Однако совершенно неожиданным при более подробном рассмотрении является отсутствие общих работ по периоду средневековья, которые могли бы составить единое представление об истории Англии данного периода[3]. Именно сегодня недостаток работ такого плана становится особенно ощутимым. В свое время была предпринята попытка компенсировать данный недостаток переводными исследованиями: социальная история Тревельяна и история Англии Мортона[4] тому примеры. Особенно широко переводческая деятельность развернулась в наше время, чему благоприятствует как политический климат эпохи, так и технические и иного рода возможности. Тем не менее существует определенная боязнь переводить работы общего характера, приоритет остается за специальной, в том числе биографической, литературой. Боязнь эта связана с постыдным (в нашей стране) обвинением историка в популизме и сложившимся негативным отношением к научно-популярной литературе. Почему-то считается, что если работа посвящена большому периоду истории, то она неизменно поверхностна и не может быть одновременно написана на высоком научном уровне и адекватно излагать исторический процесс. Работы Артура. Брайанта демонстрируют обратное. К сожалению, отечественный читатель не знаком с его творчеством, творчеством одного из крупнейших историков Англии. Впрочем, о нем мало знают даже специалисты-англоведы. Ни в одном отечественном справочнике не упоминается о человеке, написавшем более 30 работ, преемнике Честертона, наследнике Гиббона и Маколея, еще при жизни ставшего классиком. Более того, ничего не говорится о нем в специальном справочнике, посвященном британским историкам, вышедшем в 1980 году[5]. Лишь К. Б. Виноградов в своем очерке британской историографии упоминает о нем на 63-й странице, как об ученике Тревельяна[6], хотя на самом деле с Тревельяном их связывала близкая дружба на протяжении более полувека. Сегодня, мы надеемся, это упущение будет исправлено с выходом данной книги, которая, являясь, несомненно, лучшим его произведением, дает возможность отечественному читателю (как специалисту-историку, так и любому, интересующемуся историей) увидеть историю Англии глазами англичанина и обогатить свое понимание уникальности развития этой страны.
* * *
Артур Брайант родился 18 февраля 1899 года в приходе Дерзингем, принадлежащем к королевскому имению Сендрингем. Его отец Френсис Брайант (1859-1938) в тот момент являлся чиновником секретариата принца Уэльского и сопровождал последнего практически во всех поездках. «По рождению, – написал Брайан о себе, – я принадлежу к тому же веку, что и Маколей, мистер Гладстон и Бенджамин Дизраэли. Это кое-что значит»[7]. Спустя более чем через пятьдесят лет после своего рождения, он все еще определял себя как позднего викторианца, появившегося на свет «в эпоху двухколесных кебов и котелков» и сохранившим викторианский дух до конца. Поскольку его отец служил Короне, то Артур с малых лет находился в атмосфере английского двора, знал его изнутри, и очень рано стал относиться к монархам, как к обычным людям, несущим бремя чрезвычайной ответственности. Когда в 1901 году умерла королева Виктория и на престол вступил Эдуард VII, Френсис Брайант сопровождал короля в его официальную резиденцию – Бэкингемский дворец – где ему также была выделена официальная резиденция – Ридженси Хаус, находившаяся в дворцовом парке. Почти четыре года Артур был единственным ребенком в семье, которому уделялось все внимание, пока в 1903 году не появился на свет его брат, Филипп (1903-1960), ставший священником и капелланом Харроу. Артур глубоко любил и уважал своих родителей, хотя, как и в любой другой семье, принадлежавшей к околоаристократическим кругам и всячески подражавшей им, детям уделялось часто лишь формальное и декларированное внимание. О своем отце Брайант писал: «Это был человек исключительно методичный и честный, всегда державший свое слово и всегда руководствовавшийся неизменными и непоколебимыми правилами, основанными на работе. За исключением выходных его день никогда не менялся – завтрак, затем холодная ванная и зарядка – в восемь и ни минутой позже; короткая прогулка в Сент-Джеймском или Грин-парке с моей няней, моим братом и мною перед тем как пересечь дворцовую площадку и попасть к себе в офис: маленькая прямая фигурка, одетая в обязательную высокую шляпу и сюртук, соответствовавший его профессии...»[8] Его мать была гораздо моложе отца и посвящала большую часть своего времени, как это и было положено женщине ее положения, благотворительности, участию в различных комитетах и «ведению домашнего хозяйства». «Раз в неделю, по ее „домашним” дням, я обычно спускался, чтобы вести запинающиеся и вынужденные разговоры с ее посетителями, или, иногда, когда она была в одиночестве и мне было позволено сбежать из детской, я изображал бурную помощь в приведении в порядок счетов различных школ, подкармливанию которых... она посвящала большую часть своего времени и таланта...»