Книга Территория души. Книга 2 - Наталья Батракова
![](/uploads/posts/books/7099/7099.jpg)
![](/uploads/18plus.png)
- Жанр: Книги / Романы
- Автор: Наталья Батракова
(18+) Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних просмотр данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕН! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту для удаления материала.
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Нам время преподало свой урок,
А мы уж думали, что в свете всех мудрее.
В огромном номере шикарного отеля
Сидела женщина у темного окна,
Смотрела вдаль. Рука бокал сжимала
Рубинового терпкого вина.
И подводила грустные итоги:
Всего достигла, всем сумела доказать,
Что имидж ее вовсе не случаен.
Но в мире сильных одиноко. Не понять,
Не заглянуть в бездонные глубины
Души … И усмехнулась про себя.
Вино горчило. И на сердце горько.
Устала жить, лишь в памяти любя.
Блеснул брильянт. Внизу в банкетном зале
Идет прием и продолжается игра,
Где ждут ее случайные знакомства,
Порой на час и реже — до утра.
Тоска саднит и ноет, точно рана.
О, Боже! Что стремилась доказать?
Когда любовь, единственную в мире,
Гордясь собой, сумела потерять!
И как ничтожны эти достиженья,
Коль главный зритель на другом конце Земли!
Снять бриллианты, броситься вдогонку,
Вослед своей потерянной любви?
…И не заметила, как сильно пальцы сжали
Бокал с вином: секунда, хруст стекла.
И в тот момент другая боль сильнее
Пронзила, отрезвила, отвлекла.
…А рано утром гостья улетела.
И снова в номере царила тишина.
Блестели на осколках капли крови,
Застывшей боли цвета терпкого вина...
…Открыв глаза, Анна долго смотрела в одну точку прямо перед собой, затем медленно обвела взглядом салон самолета: пассажиры трансконтинентального лайнера мирно дремали в креслах, лишь кое-где люди в наушниках продолжали следить за сюжетом боевика по TV. Пытаясь удобнее пристроить затекшую руку, слева шевельнулась Катя.
«Всего-то три года, а кажется, что полжизни прошло», — Анна поправила подушку под головой дочери.
Неожиданно ее вниманием завладел посторонний звук. Повернувшись вправо, она сразу обнаружила «источник» шума: в кресле через проход спал необъятных размеров мужчина и, запрокинув голову, издавал все усиливающийся храп.
Этот звук преследовал ее с детства, и по ночам, когда бабушка перебиралась к ней в комнату, Анна, просыпаясь на секунды, сравнивала спящего за стенкой дедушку с залегшим в берлоге медведем.
Впрочем, во время семейной жизни с Игорем ей пришлось ненадолго смириться с этим не очень приятным звуком. И пусть он храпел не так сильно, как дед, на первых порах частенько будил Анну среди ночи. Но вскоре она приспособилась, старалась засыпать раньше мужа, а ночью решительно заставляла его повернуться на бок, успевая задремать до того, как над ухом снова раздастся набирающее мощь сопение. И все же именно по этой причине после рождения Катюши семейная пара стала спать в разных комнатах: девочка пошла в маму и не выносила ночные «музыкальные» экспромты отца.
«А вот Крылов не храпел», — вспомнила она и грустно усмехнулась.
Снова посмотрев в сторону «оперного певца», она обратила внимание, что храп заставил проснуться и соседей. Ко всему прочему, «растекшись» всем телом по объемному, но явно не подходящему ему по размерам пассажирскому креслу салона 1-го класса, мужчина всячески норовил захватить и пространство рядом: левые нога, плечо и рука вероломно нарушили невидимые границы территории его соседки, пожилой дамы хрупкого телосложения.
«С таким соседом не то что не уснуть, оглохнуть можно. А лёту еще два с половиной часа!» — посочувствовала ей Анна.
Поискав глазами свободное место, она вздохнула и нажала кнопку вызова бортпроводника. Кивнув головой в сторону продолжавшего издавать громкие звуки мужчины, она вежливо обратилась к обаятельной девушке в униформе:
— Простите, не могли бы вы пересадить нас на другое место? Здесь очень шумно.
— О, сожалею, — понимающе ответила стюардесса. — Но свободные места есть только в салоне экономкласса и находятся далеко друг от друга. Может быть, я попытаюсь его разбудить?
— Это решит проблему лишь на время, — со знанием дела заметила Анна. — Хорошо, давайте попробуем его разбудить.
Виновато похлопав ресницами, сонный сосед переместился на сиденье и тут же снова задремал. Спустя пару минут, следуя законам физики, его тело стало плавно «перетекать» в прежнее положение, заполняя собой все дырочки и щели между подлокотниками, спинкой кресла и сиденьем. Еще раз с сочувствием взглянув на его соседку, Анна вынуждена была согласиться с таким положением дел: во всяком случае, стало тише, и мужчина всего лишь сопел. Усилием воли она заставила себя переключиться на другие звуки. Расслышав далеко за спиной тихий плач грудного младенца, она улыбнулась.
«Котенок совсем, — подумала она, пытаясь по звуку определить, сколько же малышу месяцев. — Катька плакала иначе: словно кто-то медленно открывал несмазанную дверь».
Придвинувшись ближе к спящей дочери, она склонила голову и тоже попыталась уснуть…
…В четверг вечером Костя сидел в кресле у камина и вертел в руках приглашение на новоселье, совмещенное с юбилеем свадьбы у старых друзей. Достроив дом, те переехали жить за город еще летом, но, будучи занятыми людьми, все никак не могли отметить это событие в кругу друзей. Надежда и Юрий Локтионовы последние четыре года много ездили по миру, а учитывая, что старшая дочь во время учебы в Швейцарии вышла замуж и родила ребенка, постоянно курсировали между Минском и Женевой.
На шутливые вопросы, стоит ли им вообще возвращаться домой на грешную землю, старый романтик Юрий загадочно улыбался и отвечал одной фразой: «Для меня за границей земли нет». Как сердце пятидесятитрехлетнего мужчины смогло сохранить такой патриотизм к родной стороне, многим было непонятно: далеко не всегда эта земля была к нему благосклонна. Всем была памятна история, когда, покинув министерское кресло, он получил свой первый инфаркт. Следующий едва не случился с ним во время «травли» фирмы давнего приятеля, у которого он работал.
Выписавшись из больницы, Локтионов прекратил всякую деятельность, а так как в молодости более десяти лет проработал на Севере, оформил пенсию за выслугу лет и, не дожидаясь, пока уляжется сопровождавшая это дело шумиха, уехал с семьей в Европу.
Многие были уверены, что Локтионовы эмигрировали, но, прожив за границей около десяти месяцев, семейная пара вернулась накануне нового 2000 года: Юрия, имевшего ученую степень и богатейший опыт, пригласили читать лекции по экономике в один из коммерческих вузов.
Завершив строительство дома, заложенного еще в девяносто четвертом, он соорудил на участке две теплицы и занялся выращиванием экзотических растений. Утверждая, что человек должен жить поближе к земле, Локтионовы стали рьяно проповедовать философию жизни за городом.