Книга Третья жертва - Лиза Гарднер
![](/uploads/posts/books/50873/50873.jpg)
![](/uploads/18plus.png)
- Жанр: Книги / Детективы
- Автор: Лиза Гарднер
(18+) Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних просмотр данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕН! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту для удаления материала.
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Вторник, 15 мая, 13:25
Первый звонок застал Лоррейн Коннер, или попросту Рейни, в закусочной «У Марты», где она сидела в красной кабинке, вяло ковыряя салат с тунцом и слушая последние новости от Дага и Фрэнка. Одиночество и салат объяснялись тем, что ей исполнился тридцать один год и она вдруг стала замечать, что фунты не исчезают волшебным образом, как в двадцать один или даже, черт возьми, в двадцать семь. Она все еще пробегала милю за шесть минут и влезала в восьмой размер, но тридцать один фундаментально отличался от тридцати. Ей требовалось больше времени на укладку длинных каштановых волос так, чтобы они, как раньше, заставляли мужчин обернуться. И на ленч она брала уже не чизбургер, а салат с тунцом – пять раз в неделю.
Напарником Рейни был в тот день двадцатиоднолетний полицейский-доброволец Чарльз Каннингэм, он же Чаки. В крохотном отделе полиции Бейкерсвиля, штат Орегон, Чаки называли зеленым новичком. Он даже не прошел девятимесячные подготовительные курсы в полицейской школе. Это означало, что ему дозволялось смотреть, но не трогать. Чтобы стать полноправным полицейским, Чаки надлежало закончить курсы и получить соответствующее свидетельство. Пока что он набирался опыта – ходил в патрулирование и писал отчеты. Ему также разрешалось носить стандартную форму и оружие. Чаки был совершенно счастлив.
До звонка он сидел у стойки – выпятив грудь, согнув в колене ногу и положив руку на пистолет – и испытывал свои чары на длинноногой блондинке-официантке по имени Синди. Та, со своей стороны, старалась обслужить сразу шестерых фермеров, заказавших домашний пирог Марты с черникой. Один из них, сварливый старикан, уже посоветовал Чаки убраться и не мешать. Тот лишь добавил обаяния.
В кабинке позади Рейни два пенсионера, Даг Аткинс и Фрэнк Уинслоу, взялись делать ставки.
– Десятку на то, что она не устоит, – объявил Дуглас, бросая на розовый столик из формайки мятую бумажку.
– Двадцатку на то, что она охладит пыл нашего Ромео стаканом ледяной воды на голову, – ответил Фрэнк, доставая бумажник. – Я точно знаю, что для Синди хорошие чаевые дороже руки и сердца Кларка Гейбла[1].
Отодвинув салат, Рейни повернулась к двум приятелям. День тянулся медленно, и ничего лучшего, чтобы как-то убить время, она не придумала.
– Я с вами.
– Привет, Рейни.
Фрэнк и Даг, друзья с пятидесятилетним стажем, улыбнулись ей дуэтом. Фрэнк мог похвастать ясными голубыми глазами на прокаленном солнцем лице, зато Даг умудрился сохранить больше волос. Оба были в красных клетчатых рубашках с жемчужными кнопками, которые надевали исключительно для выхода в город. Зимой этот наряд дополнялся коричневыми замшевыми блейзерами и ковбойскими шляпами кремового цвета. Рейни как-то обвинила их в попытке спародировать Ковбоя Мальборо с пачки сигарет – старики сочли это за комплимент.
– Скучный денек, а? – спросил Даг.
– Весь месяц такой. Май. Жарко. Народ слишком доволен для того, чтобы драться.
– И никаких домашних разборок?
– Никто даже не выясняет, чей пес нагадил в чьем саду. Если хорошая погода простоит еще немного, я останусь без работы.
– Такой красавице, как ты, работа и не нужна, – сказал Фрэнк. – Тебе мужчина нужен.
– Да, на тридцать секунд. А потом?
Друзья фыркнули. Рейни им подмигнула. Ей нравились Фрэнк и Даг. Сколько она себя помнила, они всегда появлялись здесь, в закусочной, ровно в час дня, каждый вторник. Вставало и садилось солнце – и с таким же постоянством Фрэнк и Даг заказывали у Марты фирменный мясной пирог. Вот так.
Рейни поставила десятку на Чаки. Ей и раньше случалось наблюдать юного Дон Жуана в действии; к тому же бейкерсвильские дамочки просто обожали его улыбку и ямочки на щеках.
– Так что думаешь о новом добровольце? – спросил Даг, кивая головой в сторону стойки.
– А что тут думать? Выписывать штрафные талоны – это не на головном мозге оперировать.
– Слышал, у вас на прошлой неделе небольшая размолвка вышла с какой-то немецкой овчаркой, – заметил Фрэнк.
– Бешенство, – поморщилась Рейни. – Жаль, собака-то хорошая.
– Так она и вправду набросилась на Ромео?
– Всеми девяноста фунтами.
– Говорят, Чаки чуть штаны не намочил.
– Думаю, ему просто собаки не нравятся.
– Уолт сказал, овчарку ты пристрелила. Прямо в голову пальнула.
– Мне за то и платят большие деньги – чтобы пьяных уговаривала да домашних любимцев расстреливала.
– Перестань, Рейни. Уолт сказал, ты ее круто уложила. Эта овчарка, она ж на месте не стояла. Так Чаки теперь у тебя в долгу?
Рейни бросила взгляд на напарника, все еще распускавшего перья у стойки.
– Думаю, Чаки теперь до смерти меня боится.
Фрэнк и Даг расхохотались. Потом Фрэнк наклонился вперед, и в его голубых стариковских глазах блеснул огонек заядлого рыбака, нацелившегося на крупную рыбу.
– Шепу сейчас помощь лишней не будет, – сказал он со значением.
Рейни оценила наживку и покупаться не стала.
– Ни один шериф не станет отказываться от желающих поработать бесплатно, – ответила она нейтрально.
И это было так. Скромный бюджет Бейкерсвиля позволял иметь только одну полную ставку шерифа и две – рядовых полицейских. Две последние занимали Рейни и Люк Хейз. Шестеро других патрульных были волонтерами. Они не только тратили свое время бесплатно, но и сами оплачивали обучение, форму, бронежилеты и оружие. Такая система действует во многих маленьких городах. В конце концов, большинство вызовов связаны с домашними конфликтами и преступлениями против собственности. Ничего такого, с чем не могли бы справиться спокойные и рассудительные люди.
– Я слышал, Шеп на месте нечасто бывает, – закинул удочку Даг.
– Не знаю. Я учет не веду.
– Да ладно, Рейни. Все же знают, что у Шепа и Сэнди сейчас проблемы. Так он что, замириться старается? У жены работа, вот он под нее и подстраивается?
– Мое дело, Фрэнк, регистрировать происшествия, а не шпионить за налогоплательщиками.
– Да ты хотя бы намекни. Знаешь, мы сейчас в парикмахерскую идем. И если свежих новостей подбросим, так Уолт с нас и денег не возьмет.
Рейни закатила глаза.
– Уолт и так знает больше меня. Мы, по-вашему, к кому за информацией обращаемся?
– Да, Уолт знает все, – проворчал Фрэнк. – Может, и нам стоит парикмахерскую открыть… Уж стричь-то большого ума не надо.