Книга Охотники ночного города - Роман Афанасьев
![](/uploads/posts/books/27032/27032.jpg)
![](/uploads/18plus.png)
- Жанр: Книги / Фэнтези
- Автор: Роман Афанасьев
(18+) Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних просмотр данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕН! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту для удаления материала.
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Два нуля
Начиналось все обыкновенно — бутылка водки, три стакана, стол с драной клеенкой. Тост. Потом Витька поднял стакан, исходящий сивушными маслами, задрал пухлый локоть и выдохнул. Выставил кадык, откинул голову, опрокинул стакан в раззявленный рот. А потом, продолжая движение, опрокинулся сам, вместе с табуреткой, стаканом и куском хлеба в левой руке. Он упал на спину, цельно, монолитно, глухо стукнув затылком о линолеум, но так и не выпустил из рук закуски и стакана. Проход между плитой и столом был невелик, но Витёк вписался в него четко и ровно, как опытный гонщик в крутой поворот. Алексей Кобылин, хозяин маленькой однокомнатной квартиры, где выпивали друзья, и ахнуть не успел.
— Витёк, ты чё? — удивился Серега Конопатов, старший брат Витька.
Брат не ответил. Он лежал на полу, сжимал пустой стакан и молчал. Вроде и не дышал.
— Витька! — позвал Сергей, почесывая небритую щеку. — Да ты чего, в натуре?
Спохватившись, сорвался с табуретки, выбрался из пятачка между столом и холодильником, бухнулся на колени. Схватил брата за плечи и попытался приподнять, но тот глухо булькнул, и на его серых губах проступила белая пена.
Алексей посмотрел, как Серега тормошит брата, пытаясь привести его в чувство крепкими оплеухами, и вздохнул. Он быстро, по-деловому, высадил стакан и полез на стол — братья плотно закупорили выход с кухни.
— Витёк, ну что ты, — причитал Сергей, — ну что ты, ептыть!
Алексей на коленях прополз по столу. Свалил на Витька пустую бутылку, смахнул локтем солонку, раздавил блюдце, служившее пепельницей, и благополучно десантировался со стола у самой двери.
— Чего там? — спросил он у Сереги, потирая ушибленный локоть.
— Да не знаю, — отозвался старший Конопатов. — Хрень какая-то. Пена, вон, смотри.
— А его собака не кусала? — спросил Алексей.
— Да, точно! Вчера пришел бухой, ничего не помнил, рука — разодрана. Сказал, что кто-то укусил.
— Понятно, — буркнул Кобылин и побрел в коридор.
— Лех, ты куда?
— К соседке.
— Охренел? Витёк загибается, а ты по бабам?
— У нее телефон есть. Пойду, «Скорую» вызову.
— Ага! Давай, гони, Кобылин, — согласился Сергей и отвесил брату звонкую оплеуху.
Алексей вышел в коридор, нашарил босыми ногами шлепанцы, накинул куртку. Потоптавшись по раскиданной обуви, открыл дверь и выбрался на площадку. Оглянулся по сторонам. День. Все соседи на работе. Дома только Петровна — старая карга, что может насмерть заговорить даже участкового. Лехиных гостей она не любила. Да и самого Алекса тоже. Все вспоминала его маму, Валентину, что умерла три года назад, и стыдила Кобылина за раздолбайство. Ругалась, что Алексей, тридцатилетний лоб, нигде не работает, только и знает, что водку жрать с алкашами. Алекс и правда за последние три года нигде не работал. Раньше был курьером, подрабатывал в разных конторах, разносил бумажки по всей Москве. Потом, после смерти матери, крепко запил, да так и не смог остановиться. Отца он и не помнил, родных не знал и потому доживал в маленькой квартирке, выпивая с новыми друзьями, перебиваясь случайными подработками то на стройке, то в магазине. Жил как хотел, не напрягаясь, и другой жизни не желал.
Предвкушая очередную порцию ругани, Кобылин вздохнул, поднялся на этаж выше и позвонил к Петровне. Та отозвалась сразу, как будто ждала, и окрысилась из-за двери, словно учуяла водочный дух. Алекс препирался с ней минут пять. Дверь она так и не открыла, но в конце концов, ворча и стеная, нехотя пообещала вызвать «Скорую».
Поблагодарив, Кобылин начал медленно спускаться по лестнице, цепляясь за перила. В голове крутилась мысль — не вызовет «Скорую» вредная соседка. Вот как пить даст — не вызовет. Алексей даже начал прикидывать, как дотащить Конопатова до соседа медбрата, что жил в соседнем подъезде. Но тут лестница кончилась. Увидев настежь распахнутую дверь собственной квартиры — удивился. Помнил, что вроде ее прикрыл. Зайдя в коридор, он обнаружил, что курток братьев на вешалке нет. Алекс прошел на кухню — и там пусто. Конопатовых как ветром сдуло. Кобылин бросился к окну, выглянул во двор и увидел, как щуплый Сергей тащит на спине пухлого Витька в сторону продуктового магазина. Братья работали в нем — грузчиками, всех давно знали, и Алексей решил, что так даже будет лучше. Там Витьку точно помогут — и стакан нальют, и врача вызовут. Все же какой-никакой, а коллектив.
Алексей обернулся и окинул долгим взглядом разгромленную, уже не в первый раз, кухню. Если что и осталось у него с прошлой жизни, так это любовь к порядку. Бардака он не терпел. Поэтому, не долго думая, нагнулся, подобрал посуду и сунул в раковину. Потом смахнул осколки блюдца со стола в мусорное ведро, заботливо протер клеенку тряпочкой и склонился над мойкой. Ему нравилось мыть посуду: размеренные движения успокаивали, настраивали на мирный лад. Можно ни о чем не думать и просто греть руки в теплой воде.
За Витька он не волновался. Не в первый раз он попадет в больницу, и, дай бог, не в последний. Выживет. Как выживал сотню раз после пьянок в подворотнях, квартирах и бомжачьих лежбищах.
Вздохнув, Кобылин открыл горячую воду и взял первую тарелку с присохшей рыбьей чешуей.
Когда дверной звонок разразился мерзким жестяным кваканьем, Алексей вздрогнул и выронил стакан. Тот гулко бухнул в мойку, обиженно звякнул и лопнул, засыпав слив крупными осколками. Алексей машинально схватил самый большой, порезался и сунул палец в рот.
В дверь все звонили — настойчиво, но без истерики, словно выполняя рутинную работу.
— «Скорая», — вслух предположил Кобылин и пошлепал в коридор.
Он даже не заглянул в глазок, сразу распахнул дверь настежь. И тут же пожалел об этом.
На пороге стояли двое крепких ребят, и меньше всего они напоминали врачей «Скорой помощи». Один, ростом поменьше — в черном кашемировом пальто. Лицо вытянутое, крысиное, а под носом жесткая щеточка рыжих усов. Сквозь дымчатые очки он окинул Кобылина неприязненным взглядом и поморщился. Второй — здоровенный детина в кожаном плаще до пят, стриженный наголо и с серьгой в левом ухе — улыбнулся так, как мог улыбнуться тяжелогруженый МАЗ. Сердце у Алексея ухнуло в пятки.
— Гражданин Кобылкин? — осведомился щуплый.
— Кобылин, — автоматически поправил Алексей. — А вы кто?
— Кто надо, — отозвался здоровяк и шагнул вперед, вдавливая хозяина квартиры в коридор.
Под его напором Алексей отступил, и гости ввалились в прихожую. Щуплый быстро закрыл за собой дверь.
— Мужики, вы чего? — тихо спросил Кобылин, чувствуя слабость в районе колен.