Книга Человек-Война - Равиль Нагимович Бикбаев
![](/uploads/posts/books/165331/165331.jpg)
![](/uploads/18plus.png)
- Жанр: Книги / Военные
- Автор: Равиль Нагимович Бикбаев
(18+) Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних просмотр данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕН! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту для удаления материала.
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Бикбаев Равиль Нагимович
Человек-Война
Автор заявляет:
Всё написанное в данном произведении, является авторским вымыслом, а любое сходство с реальными людьми и событиями, совпадением.
Снова кто-то кричит о величии России,
А ты кровь проливаешь и видишь насилие,
Твою душу терзают большие сомнения,
Без войны не живёт ни одно поколение
В. Мазур "Солдат удачи"
После полудня. Жара. Полное физическое и душевное опустошение, всё безразлично. Крики и стоны вперемежку с матом, это раненых на плащ-накидках тащат к вертолетам на эвакуацию. За сто метров от нашей позиции лежат уже начинающие разлагаться на солнце трупы убитых. Горный ветерок дует от нас и запах разложения трупов никого не беспокоит, да хоть бы и доносился, уже наплевать, мы уже привыкли. Запах мертвого врага хорошо пахнет? Нет, он просто удушливо и тяжко воняет, так же, как и тела наших убитых ребят, без разницы, но тела своих мы уже вынесли. Я жив, уцелел, повезло. Я счастлив? Не знаю. Весь пустой как выпитая до дна фляжка, то что мы называем человеческим сознанием выжжено боем, остались физиологические потребности — выпить теплой воды из фляги, закрыть глаза, и сидеть спиной привалившись к теплому камню. Я счастлив? Не знаю, я просто жив. А час назад я вел огонь на поражение. Возбуждающий и горький запах жженого пороха. Предельное обострение всех чувств, вспрыснут в мозг естественный наркотик адреналин, все движения быстрые, четкие, уверенные, от ускоренного притока крови мышцы налились упругой силой и послушно исполняют все импульсы — приказы нервной системы. Я стреляю, и в меня стреляют, соленый пот заливает глаза, пот страха, пот напряжения, физиологическая реакция на страх смерти и силу жизни. Я открытой ладонью быстро вытираю едкий противный пот и стреляю, и убиваю. Я убиваю того, кто сознан как я, по Божьему Образу. Как Каин. Пули рвут плоть человека, который в меня стрелял. Брат мой Каин ты видишь меня? Не библейский Каин, а тот Каин который хотел убить меня и которого убил я. Я был счастлив? А может просто доволен? Не знаю. Но злая, лютая радость от попадания, от убийства переполняла все моё существо, и я дико, срывая пересохшие связки, ору: "На сука! Жри!"
"— Каин! Где Брат твой, Авель?
— Разве я сторож, брату своему?"
А я был сторожем брату своему Каину, засада — это тоже стража, стража тех, кого мы должны уничтожить, чтобы не уничтожили нас. Бой, его напряжение, а затем опустошение, как всё надоело. Часто голод, почти всегда усталость, испепеляющий зной летом, лютый холод зимой, ноющая боль от залеченных ран, тоска по мирной жизни, иногда дурман алкоголя и простые инстинкты: поесть; найти тепло; защитить свою жизнь и убить тех, кто на нее покушается, цель выжить. Жизнь на грани. Я был счастлив на войне? Не знаю. Я просто хотел вернуться домой.
Но потом много лет я видел всё это в своих снах. Меня тянуло на войну, как наркомана тянет к наркотику. Жизнь дома, в мире, казалась унылой, пресной, непонятной и слишком сложной. На войне всё проще. И мне хотелось этой простоты, этого напряжения, этого опустошения, этой жизни простых инстинктов. Потом отпустило. И как заядлого курильщика, с трудом, но все же бросившего курить, раздражает запах никотинового дыма, так и меня злило и раздражало любое напоминание о войне. Затем прошло и это. Но всегда были и есть люди на всю жизнь отравленные наркотиком войны. В узких кругах не парадных ветеранов их так и называют "Человек — Война".
Глава первая
Это была очередная командировка, просто контракт, обычное дело, платят нормально, работа привычная — воевать. Он уже много лет жил от контракта к контракту. Семья давно распалась, сыну он только деньги посылал и лишь по фотографиям видел как он меняется и растет, ему нечего было ответить на простой детский вопрос: "Папа, а почему ты не с нами?" Действительно почему? А потому, что он был "Человек — Война", наркоман войны, ее раб и профессионал. Как начал в восемнадцать лет в Афгане воевать, так и продолжает, уже больше тридцати лет. Мирной жизнью он жить уже не мог, его ломало. Сколько было войн? Да почти все, что грохотали на развалинах Советского Союза. Хватанул и чужих войн. Ирак в составе частной военной компании наемников, Афганистан тоже в ЧВК. Побывал и на Африканском континенте. Дело было не в деньгах которые ему платили за страх, за риск, за смерть, за работу наемника, дело было в том, что только на войне на пределе всех сил, на обострении всех чувств он мог чувствовать себя человеком и жить полной жизнью, как бы парадоксально это не звучало. Совесть? Ну что ж у наемников тоже есть своя совесть и этика, она прописана в параграфах контракта на убийство. И потом, в конце концов, на другой стороне, как говорится по другую сторону ствола, тоже были вооруженные люди, и никто не мешает им убить его. Жизнь так и шла от контракта к контракту, от возбуждения до опустошения. Войн хватало…
Письмо на английском языке с коротким деловым текстом пришло по электронной почте. Срочно требуются специалисты, со знанием языка и обычаев аборигенов. Срок контракта год. Оплата высокая, страховка. О готовности подписать контракт прошу сообщить в срок семь дней. Подпись "Феликс". Вербовщика поставившего подпись под письмом он знал хорошо. Отставной офицер спецназа, ещё в СССР окончил при воздушно-десантном училище в Рязани курсы подготовки для офицеров военной разведки, диверсантов и спецназа войск союзников СССР. Тогда этот поручик Wojsko Polskie формально ещё был союзником, потом его страна вступит в НАТО, а бывший союзник получит дополнительную квалификацию, но уже в США на базе где готовят офицеров спецназа для стран НАТО. Они познакомились в Ираке, оба были наемниками в ЧВК, затем работали против пиратов на Африканском континенте, а потом этот тип с позывным "Феликс" учитывая его опыт афганской войны, пригласил его работать в Афганистан. Грамотный толковый профессионал этот Феликс, не глупый, в меру осторожный, в меру смелый наемник — наркоман войны. В Ираке еще до работы в ЧВК, во время "Бури в пустыне" служа в составе одного из лучших подразделений спецназа Wojsko Polskie "Гром" Феликс