Книга Лайф не в Кайф - Лия Роач
![](/uploads/posts/books/154397/154397.jpg)
![](/uploads/18plus.png)
(18+) Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних просмотр данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕН! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту для удаления материала.
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
* * *
“Ой, мамочки”, повторяю я из раза в раз на заднем сидении лимузина по дороге в лучший в городе отель, в котором проходит прием. Нервничаю я ужасно.
Дела у папиного бизнеса пошли - точнее, взлетели - в гору относительно недавно, и к роскошной жизни и, особенно, к светским раутам я, честно говоря, привыкнуть не успела. Да и не особо сюда стремилась, занятая учебой и привычными делами. Папе тоже прежде все эти пафосные тусовки были чужды, поэтому данное появление в “большом” обществе для меня, по сути, первое.
Помню, в любимом сериале моего позднего детства “Сплетнице” такой первый выход в свет Нью-Йорка назывался дебютом. Я, конечно, постарше сериальных дебютанток, но чувствую себя примерно как они. Хотя у меня, вроде полный набор: имеется и завидный сопровождающий, и роскошное платье, выбранное и утвержденное на внепланово созванном совете с лучшей подругой Дашкой, и тисненное позолотой - в тон моего платья - приглашение, и едем мы на машине с водителем в форме. Но сопровождающий, в смысле, мой парень Артем, тоже чувствует себя не совсем в своей тарелке, платье, на мой вкус, чересчур откровенное - Толчин вон челюсть до сих пор не может на место вернуть, - и я всерьез подумываю нечаянно потерять приглашение, чтобы на входе нас с позором развернули.
Но тут же в голове срабатывает тумблер, отвечающий за голос разума, и тот доходчиво объясняет, что эта отговорка не прокатит. Учитывая, что мой отец один из организаторов сегодняшнего действа, меня пустят и без приглашения. Разве что не сразу, а после пяти минут позора. Поэтому забываем эти дезертирские настроения, собираем волю в кулак, нацепляем лучшую и радостнейшую из арсенала своих улыбок и двигаем прочь из лимузина, тем более он как раз останавливается перед входом.
- Идем? - нежно улыбаясь мне и ободряюще сжимая руку, спрашивает Артем.
Судорожно сглотнув, я дергано киваю. Он притягивает к себе мою макушку и касается губами тщательно уложенных волос.
- Все пройдет отлично, не трусь. Ты офигенно выглядишь и затмишь всех на этом чертовом приеме.
- Вот уж успокоил так успокоил! - нервно хихикаю я и придвигаюсь к открытой водителем дверце лимузина вслед за Тёмой.
Он подает мне согнутую в локте руку, я хватаюсь за него, и мы шагаем к распахнутым дверям отеля, направо-налево расточая улыбки для многочисленных фотографов и прочих зрителей. От вспышек и выкриков из толпы у меня кружится голова. Я ослеплена и с трудом передвигаю ноги на высоченных шпильках. Хорошо, что Артем высокого роста и внушительного телосложения, я могу влегкую на нем повиснуть. С каждым шагом я все сильнее мечтаю о суперсиле управления временем и возможности включить этот момент восхождения на мою личную Голгофу на ускоренную перемотку.
Наконец, мы достигаем массивных дверей и ненадолго попадаем в тишину и полумрак предбанника. Переводим дух, обмениваемся взглядами и проходим в еще одни двери, так же любезно перед нами распахнутые.
В холле одного из отелей известной сети, где организовано чествование важной именинницы, куча гостей, зал буквально кишит мужчинами, упакованными в строгие дизайнерские костюмы, и их полураздетыми, но не менее по-дизайнерски, дамами. Я стараюсь ни на кого не смотреть, ничего не оценивать, хочу лишь найти отца и Софию. Поздравлю её, познакомлю папу с Тёмой, как обещала, и можно будет уходить.
- Еще же объявление помолвки, - возражает мой спутник.
Я что, сказала это вслух?!
- Я бы тоже свалил отсюда под любым предлогом, но тебе отец бегства не простит.
Я обреченно вздыхаю.
- И мне заодно, - добавляет Артем, - а я собираюсь завоевать его расположение.
- У тебя получится, - теперь я спешу его приободрить. - Папа классный.
- Классный папа уже здесь и всё слышит.
Я оборачиваюсь на голос и не могу сдержать восторженного “Вау!” - в светло-сером костюме и пудрового цвета рубашке мой отец выглядит как модель с разворота глянцевого журнала. Мое неподдельное восхищение ему льстит, и он расплывается в слегка самодовольной улыбке.
- А это тот самый фрэнд? - он переводит взгляд на Тёму.
- Добрый вечер, Павел Львович, - Артем меня опережает и протягивает отцу руку.
- Да, папа, это Артём, познакомься.
Папа крепко пожимает предложенную ему руку.
- Просто Артем?
- Артем Толчин, боец, - представляется мой парень по всей форме.
- ММА? - уточняет папа, большой любитель разного рода боевых искусств.
- Так точно.
- Агата, шикарно выглядишь, - подходит к нам и прерывает процедуру знакомства Константин Вершинин, партнер отца по бизнесу. Он поддерживает за заметно расплывшуюся талию свою глубоко беременную жену Яру, которая тоже сияет счастьем и красотой, несмотря на свое положение. Или, если верить народной молве, то, возможно, благодаря этому самому положению.
Мы обмениваемся приветствиями, улыбками, рукопожатиями и соответствующими случаю фразами. Приятно увидеть среди моря незнакомых людей знакомые и почти родные лица.
В хорошей компании время полетает незаметно, но когда проходит уже минут двадцать, а виновница торжества всё не появляется, я все же спрашиваю у папы, почему она задерживается. И в тот же миг, будто мой вопрос был условным сигналом, верхний свет чуть приглушается.
На верхней ступени витой, очень крутой, и словно поставленной здесь ради разового эффектного появления, лестницы в центре холла появляется именинница. Она не одна, под руку ее ведет молодой мужчина. Они спускаются, приветствуют гостей. Я смотрю на счастливое лицо папиной будущей жены и автоматически расплываюсь в улыбке - папе с ней явно повезло. Потом перевожу заинтересованный взгляд на ее спутника и хочу спросить у папы, кто и почему занял его место, как вдруг свет вокруг меня меркнет.
В глазах темнеет, в висках неистово стучит, и я чувствую, что мраморный пол выскальзывает из-под подошв моих новых туфель. Ноги становятся ватными, колени подгибаются, и я почти падаю на руки отцу.
Взгляды всех гостей как по щелчку пальцами устремляются ко мне, взгляд провожатого Софии тоже.
И впервые за два года пять месяцев и тринадцать дней я смотрю в его прозрачно-голубые, льдисто-жгучие, болезненно-колючие, но такие любимые глаза.
пару дней назад
- Агатёныш, согласишься пообедать сегодня со стариком?
Папин звонок застает меня выходящей из университета после успешно сданного второго экзамена летней сессии.
- Ну какой же ты старик, пап? - возмущаюсь я в ответ, как и он, опуская приветствие, хотя сегодня мы с ним еще не общались. - Все мои подруги от тебя без ума и жалеют, что я - твоя дочка.