Книга Джулия. Сияние жизни - Звева Казати Модиньяни
![](/uploads/posts/books/11472/11472.jpg)
![](/uploads/18plus.png)
- Жанр: Книги / Романы
- Автор: Звева Казати Модиньяни
(18+) Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних просмотр данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕН! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту для удаления материала.
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Чтобы жизнь была прекрасна, чтобы жизнь была жизнью, она должна быть радугой, разноцветной палитрой, шабашем ведьм. Веселью и скуке, слезам и смеху, здравому смыслу и бреду – всему должно быть место на этом празднике.
Карло Бини. «Рукопись узника и другое»
В восемь часов утра по миланской окружной автостраде на большой скорости мчалась сине-белая патрульная «Пантера».
– Скажи, – обратился сидящий за рулем полицейский к своему напарнику, – ты был когда-нибудь на телестудии?
Микеле Д'Амико и Франческо Рута возвращались с ночного дежурства. На этот раз все обошлось без особых происшествий. Они были уже на полпути к комиссариату, когда поступил приказ ехать на студию «Интерканал», где произошло ограбление.
– Эй, проснись! – крикнул Д'Амико. – Я, кажется, задал тебе вопрос.
– Нечего орать, я не глухой, – рассердился Рута.
– Так чего не отвечаешь?
– Представил, как мы войдем в студию, а там полно красоток, да все аппетитненькие, грудастенькие…
– Вечно у тебя одни бабы на уме, – с осуждением заметил Д'Амико.
Ему было двадцать шесть лет. Родился он в маленькой горной деревушке на севере Сицилии, после школы закончил бухгалтерские курсы и поступил на службу в полицию. Благодаря диплому он получил место в канцелярии, однако перебирать бумажки оказалось скучным занятием, и Д'Амико попросился в оперативный отдел. Франческо Рута, с которым он работал в паре уже шесть месяцев, был моложе его на два года и в Милан приехал из Апулии.
– Зато ты больно серьезный, – огрызнулся Рута, – прямо настоящий Нико делла Верандола!
Д'Амико рассмеялся.
– Благодарю тебя за комплимент, но этому мудрецу я и в подметки не гожусь, – ответил он, догадавшись, что Рута имеет в виду средневекового философа Пико делла Мирандолу.
– Вот это ты верно говоришь, – с ехидной улыбкой заметил Рута. – Он небось не дал бы увести у себя из-под носа сумку с месячной зарплатой.
– Заткнись, деревня! – рявкнул Д'Амико, вскипев от напоминания о своем недавнем позоре.
– А сам-то ты кто? – сразу же нашелся Рута. – Окончил какие-то задрипанные курсы, а нос дерешь, будто у тебя университетский диплом в кармане.
Д'Амико так резко нажал на тормоз, что оба чуть не стукнулись головами о лобовое стекло.
– А ну вылезай, – сказал он побелевшими от злости губами и схватил Франческо за воротник кожаной форменной куртки. – Сейчас разберемся, что к чему.
– Ты бы лучше следил за дорогой, – не обращая внимания на гнев Д'Амико, посоветовал Рута, – а то проскочим поворот на Бругерио. – Он явно был доволен, что ему удалось вывести напарника из себя.
Д'Амико отличался вспыльчивым характером, но быстро остывал.
Он отпустил ворот куртки и снова включил зажигание.
Когда машина тронулась, Рута развернул на коленях дорожную карту и спросил:
– Ты уверен, что мы едем правильно?
– Ты же сам сказал, что нам нужно в Бругерио. Я думал, ты знаешь, как ехать, – проворчал Д'Амико и связался по радиотелефону с центральной диспетчерской.
– Как, вы еще не на месте? – В голосе дежурного прозвучало недовольство.
– Похоже, мы заблудились, – нехотя признался Д'Амико. – Где этот чертов «Интерканал»?
– А сами-то вы где?
– Мы на окружной автостраде перед поворотом на Бругерио.
– Вы проскочили нужный поворот. Возвращайтесь назад и примерно через два километра увидите указатель, – объяснил дежурный.
– Расскажи про этот «Интерканал», – взяв у напарника микрофон, включился в разговор Рута, – что-то я никогда не слышал о такой телестудии.
– Она специализируется в основном на музыкальных и детских передачах, – сообщил диспетчер. – Транслирует свои программы через спутниковую связь в двадцать пять стран.
– И кто же правит этим сказочным королевством? – поинтересовался Рута. – Тебе небось это известно?
– Студия принадлежит весьма энергичному молодому предпринимателю по имени Франко Вассалли. Еще будут вопросы, Шерлок Холмс?
– Вот он, этот проклятый указатель! – с облегчением сказал Д'Амико и спросил диспетчера: – Кстати, что там украли?
– Дом Белоснежки, замок Лазурного принца и лес Красной Шапочки.
– Ты нас разыгрываешь? – спросил Д'Амико.
– Ничуть. Это чистая правда, – ответил диспетчер и добавил уже другим, бесстрастным голосом: – Все, ребята, конец связи.
– Мама, хочешь еще шоколада? – спросил сын сидящую рядом с ним пожилую женщину.
– Да, пожалуйста, – с детскими, немного капризными интонациями в голосе попросила женщина. – Знаешь, Помина подает шоколад только при тебе, а когда мы с ней вдвоем, она поит меня одним чаем. Ты представить себе не можешь, как он мне надоел!
Мать с сыном завтракали на застекленной веранде красивой виллы в стиле модерн, выходящей фасадом на озеро Комо. Утреннее солнце, беспрепятственно проходя через прозрачную стену, золотило плетеные кресла и придавало особую прелесть светло-желтой полотняной скатерти с вышитыми гладью ромашками. В этом насыщенном светом утреннем воздухе все обретало какую-то праздничную неповторимость, поэтому седая благообразная синьора в небесно-голубом муслиновом платье с белоснежным пикейным воротничком больше походила на добрую сказочную фею, чем на обыкновенную старушку.
Говоря, она то и дело с обожанием поглядывала на сына – красивого, элегантно одетого молодого мужчину. Он терпеливо и внимательно выслушал жалобы матери.
– Сегодня я здесь, и ты можешь выпить столько шоколада, сколько захочешь, – ласково сказал он и, взяв серебряный английский, украшенный чеканкой кувшинчик, наполнил фарфоровую чашку матери ароматным дымящимся напитком.
Пожилая женщина поднесла чашку к губам и, с наслаждением сделав несколько глотков, аккуратно поставила ее на блюдечко. Она с любовью посмотрела на сына и накрыла его руку своей старческой рукой.
– Горячий шоколад – это самое лучшее, что есть на свете, – сказала она. – Мы должны благодарить за него Боженьку. Франко, какой же ты красавец! – Последнюю фразу она произнесла без всякой паузы и тем же восторженным тоном.
Молодой мужчина и в самом деле был очень хорош собой: большие темные глаза с длинными пушистыми ресницами, чистый высокий лоб, прямой точеный нос и безупречно очерченные губы, выражающие решительность и упрямство. Его волевой подбородок мог показаться тяжеловатым, если бы не маленькая ямочка в центре, придававшая лицу особую привлекательность.